«Господи Боже мой! разрушь совет Ахитофела!»

 

(2Цар.15:31)

Архимандрит Даниил Гувалис

(1940-2009)

В жизни святого царя и пророка Давида мы встречаем как дни и часы великой славы, так и периоды чрезмерных скорбей. Одним из самых болезненных событий, с которыми он столкнулся, было внезапное восстание его сына Авессалома. Он испытал невыразимые страдания и страх, узнав, что его сын, возглавив большую группу людей, объявил себя царем и готовится к захвату Иерусалима.

«И сказал Давид всем слугам своим, которые были при нем в Иерусалиме: встаньте, убежим, ибо не будет нам спасения от Авессалома; спешите, чтобы нам уйти, чтоб он не застиг и не захватил нас, и не навел на нас беды и не истребил города мечом» (2Цар.15:14).

Скорбь и тревога охватили царя, его домочадцев, верную стражу и весь преданный ему народ, когда они покидали священный Иерусалим. Зрелище их восхождения на Елеонскую гору, где каждый шаг был отягощен глубочайшим горем, было поистине душераздирающим. «Давид пошел на гору Елеонскую, шел и плакал; голова у него была покрыта (знак великой скорби); он шел босой, и все люди, бывшие с ним, покрыли каждый голову свою, шли и плакали» (2Цар.15:30).

«И восхождаху восходяще и плачущеся» (2Цар.15:30). На склонах Елеонской горы разворачивались сцены глубокой печали для многих героев Священного Писания. Их переживания послужили прообразом той великой скорби, которую испытал Христос в Гефсиманском саду, лежащем у подножия этой горы.

Вся свита Давида была охвачена болью и сетованием.

Тем временем до царя дошла весть, которая стала для Давида новым, тяжелым ударом, усугубившим его и без того глубокую скорбь. Какая же именно? Что Ахитофел, бывший его доверенным советником, тоже примкнул к мятежному сыну. Услышав о предательстве Ахитофела, Давид был потрясен до глубины души. Погруженный в невообразимую печаль и смятение, он преклонил колени и произнес вслух горячую молитву: «Господи Боже мой! разрушь совет Ахитофела!» (2Цар.15:31). То есть: «Боже мой, сделай так, чтобы совет Ахитофела не был исполнен!». Но что означали эти слова? Чтобы понять их смысл, мы должны ненадолго вернуться в прошлое.

В «нагорной» области Иудеи находился город Гило (также Гилмон). В нем родился ребенок, которого назвали Ахитофел. Его исключительные умственные способности начали проявляться еще в детстве. Он был очень умен. Благодаря своему острому уму он добивался все новых успехов, и в итоге достиг положения тайного советника царя. Когда Давид сталкивался с критическими национальными вопросами, он собирал специальный совет. Приходили его советники и каждый высказывал свое мнение. Когда Ахитофел брал слово, он давал самые мудрые советы. Никогда еще не случалось, чтобы царь, послушавшись его, потерпел какой-то ущерб. Его мнение всегда было самым весомым. В Писании по этому поводу говорится: «Советы же Ахитофела, которые он давал, в то время считались, как если бы кто спрашивал наставления у Бога» (2Цар.16:23). Ответы, которые царь получал от него, были как от пророка или первосвященника, передающего слово Господне. Как будто сам Бог говорил его устами.

Все очень уважали Ахитофела. А главное — Давид считал его своим самым дорогим другом и соратником. Однако их дружба была нарушена. Мы объясним, что произошло.

Внимательно изучая Писание, мы собираем некоторые полезные сведения, которые проливают свет на развитие отношений между Ахитофелом и Давидом. В 23-й главе 2-й книги Царств упоминаются имена тридцати «храбрых» (это были самыми сильные и отважные мужи Израиля). Среди них упоминается и Елиав, «сын Ахитофела, Гилонянин». Итак, у Ахитофела был сын-герой, который прославился в сражениях и вошел в число тридцати «храбрых».

К группе «храбрых» принадлежал и Урия Хеттеянин, отважный воин. Ему Елиав отдал в жены свою дочь Вирсавию. Он сделал его своим зятем. Об этом мы читаем во 2-й книге Царств, глава 11, стих 3: «Не сия ли Вирсавия дщерь Елиавля, жена Урии Хеттеянина?» Вирсавия была внучкой Ахитофела!

Известно, что у Давида в жизни есть одно темное пятно. Он поддался плотской страсти, в результате чего разрушил семью Урии и Вирсавии, убив первого и взяв в жены вторую. Конечно, он проявил великое покаяние и искупил свою вину. Однако он стал ненавистным для Ахитофела. Посягательство на его внучку и смерть ее мужа были причинами, которые заставили Ахитофела отдалиться от Давида и стать его врагом.

Авессалом хорошо знал об изменении отношения Ахитофела к царю. Все, кто был недоволен Давидом, могли помочь ему в перевороте. В первую очередь, известный советник Ахитофел. Поэтому, прежде чем начался мятеж, он позаботился о том, чтобы тот был рядом с ним. «Авессалом послал и призвал Ахитофела Гилонянина, советника Давидова, из его города Гило» («Цар.15:12). Присутствие столь значительного лица придавало вес готовящемуся перевороту. Ведь его опыт и несравненный ум укрепили бы движение Авессалома и нейтрализовали бы сопротивление Давида.

Когда Авессалом захватил Иерусалим, Ахитофел был рядом с ним, чтобы помогать ему во всем. «И сказал Авессалом Ахитофелу: дайте совет, что нам делать» (2Цар.16:20), то есть «обсудите между собой и решите, как нам поступить». Молодой царь желает опираться на мудрость пожилого советника. И тот предлагает идею, направленную на то, чтобы максимально обострить отношения между Авессаломом и Давидом: «Войди в плотскую связь с наложницами твоего отца» (см. 2Цар.16:21).

В восточных дворцах, помимо официальных жен царей, было принято иметь и жен второго порядка, наложниц. Давид, покидая Иерусалим, оставил десять из них присматривать за дворцом.

Под влиянием Ахитофела, Авессалом совершил деяние, которое не только обнажило его нравственное падение, но и нанесло Давиду глубочайшее унижение и позор. Этот поступок окончательно разорвал отношения между отцом и сыном.

Одновременно этим делалось заявление об официальном восхождении Авессалома на престол, поскольку, по восточным обычаям, овладение царским гаремом было равносильно публичному заявлению о захвате царской власти.

Ахитофел в этом случае проявил свою подлость и низость. Он искусно манипулировал Авессаломом, подтолкнув его к совершению поистине отвратительного и ужасного поступка. Столь коварный замысел мог быть порожден лишь изощренным диавольским умом. Таким образом он отомстил Давиду за то, что тот сделал с его внучкой Вирсавией. И, как он полагал, защитил себя, поскольку подобное злодеяние исключало всякую надежду на примирение Авессалома и Давида.

Второй совет Ахитофела касался нападения на Давида и его сторонников: «Мы должны немедленно, без промедления, напасть на него. Сегодня ночью. Мы застанем его утомленным. Его войско будет застигнуто врасплох и покинет его. Он останется один, и мы убьем его. Так все люди его будут вынуждены вернуться к тебе» (см. 2Цар.17:2-3). Для этой операции, по мнению Ахитофела, было достаточно двенадцати тысяч воинов. Он даже просил молодого царя позволить ему самому выбрать их и возглавить нападение.

Авессалом и все старейшины Израиля приняли его предложение. Они признали его «верным», то есть мудрым и выгодным. И это действительно было так, ведь исполнение этого совета обернулось бы гибелью для Давида.

Именно об этом совете Давид вознес Господу особую горячую молитву: «Сделай так, Господи, чтобы мнение Ахитофела было отвергнуто!». Однако как можно было добиться того, чтобы столь разумный совет был отклонен? Только если бы нашёлся другой тайный советник, обладающий авторитетом и убедительностью, который предложил бы обратное мнение. И таким человеком был Хусий.

Хусий был не просто одним из тайных советников Давида; он был его близким другом, его доверенным лицом, тем, кого можно назвать «главным товарищем». Когда Давид был вынужден покинуть Иерусалим, Хусий последовал за ним. Однако Давид поручил ему вернуться в столицу. Его миссия заключалась в том, чтобы внедриться в окружение Авессалома и, в ключевой момент, выступить против советов Ахитофела. Это решение Давида было мудрым и прозорливым: в самый важный момент рядом с Авессаломом оказался тот человек, который мог сорвать планы Ахитофела.

«И сказал Авессалом: позовите Хусия Архитянина; послушаем, что он скажет» (2Цар.17:5). После того как Хусий поприветствовал собравшихся и ознакомился с предложением Ахитофела, он подверг его критике.

Горячая молитва Давида была услышана. Бог просветил Хусия представить красивые и убедительные контраргументы. Его целью было отложить нападение, чтобы Давид мог выиграть время для перегруппировки своих сил. Давайте послушаем его рассуждения, которые отличаются четкой аргументацией и литературной изысканностью слога:

«Ты знаешь, что твой отец и его люди очень сильны. Ты знаешь, что они сильно раздражены, подобно медведице, у которой отняли детенышей, и подобно разъяренному кабану в поле. Ты знаешь, что твой отец — опытный военачальник и не распустит свою армию. Сейчас он наверняка вместе со своими солдатами скрывается за каким-нибудь холмом или в другом месте и выжидает. Подумай, если мы нападем на него и потерпим поражение в самом начале, то народ услышит, что армия, которая следовала за Авессаломом, была разгромлена! Тогда даже самый храбрый, имеющий львиное сердце, упадёт духом. Не забывай, что твой отец храбр и силен, и те, кто следуют за ним, так же храбры и сильны.

Мой совет таков: собери всех воинов Израиля от северной области Дана до южной области Вирсавии. Это воинство будет как песок морской. И ты будешь среди них как вождь. Мы нападем на твоего отца в том месте, где он скрывается, и окружим его. Мы обрушимся на него внезапно, как роса на землю. Ни он, ни его люди не спасутся. Если он найдет высокий город с крепостными стенами и укроется там, то мы все вместе обвяжем его веревками и стащим его в реку, и от него не останется и камня на камне» (см. 2Цар.17:8-13).

Речь Хусия, судьбоносная для Давида, прозвучала убедительно для всех. Авессалом и все его люди сказали: «Совет Хусия Архитянина лучше совета Ахитофела»! (2Цар.17:14) Его совет был одобрен единогласно и принят Авессаломом и всеми мужами Израиля. Это произошло по воле Божией, чтобы отвергнуть предложение Ахитофела, которое могло привести к поражению Давида. Господь действовал устами Хусия и расположил умы слушателей к нему, чтобы был принят совет, губительный для вероломного Авессалома. «Так Господь судил разрушить лучший совет Ахитофела». Почему? Потому что мятежник должен был быть наказан. «Чтобы навести Господу бедствие на Авессалома» (2Цар.17:14). Что он посеял, то и пожнет.

Скорбная молитва Давида была услышана. Господь «разрушил» совет Ахитофела при помощи Хусия, то есть сделал его невостребованным и бесполезным. Чаще всего Бог помогает нам через разных людей. Редко Он вмешивается напрямую. Мы должны иметь ум, чтобы понимать, как люди и вещи становятся орудиями Господа.

Два других человека, первосвященники Садок и Авиафар, также помогли в этой ситуации. Узнав от Хусия о случившемся, они послали своих сыновей Ахимааса и Ионафана, чтобы сообщить об этом Давиду. Из-за изменчивого характера Авессалома Давиду передали, чтобы он без промедления перешел за Иордан. Он должен был воспользоваться удобным случаем, чтобы набраться сил и укрепить свое войско. Пока Авессалом оставался под влиянием Хусия, у Давида было время уйти в безопасное место.

«И встал Давид и все люди, бывшие с ним, и перешли Иордан; к рассвету не осталось ни одного, который не перешел бы Иордана» (2Цар.17:22). Они прибыли в город Маханаим, к востоку от Иордана, находившийся начале области Галаад. В этой ситуации отчетливо проявился Божественный Промысл о царе Давиде и его людях. Богатые жители этой местности дали преследуемому царю все необходимое для него самого и его спутников: начиная от мест для отдыха и заканчивая питанием, а также предоставили ковры, домашнюю утварь, молоко и сыр.

Истощённые силы восстановились, а вместе с этим вернулся и боевой дух. Быстро была сформирована армия, поскольку сзади приближалось грозное войско Авессалома. Она была разделена на три части, возглавляемые тремя отважными воинами: главнокомандующим Иоавом, его братом Авессой и Еффеем Гефянином. Недалеко от Манахаима находился большой лес, «лес Ефремов». Там было разгромлено войско врага, а их вождь Авессалом запутался волосами в ветвях дуба, после чего был убит стрелами грозного Иоава. Тело Авессалома было брошено в большую яму в лесу и засыпано бесчисленными камнями, которые образовали огромную насыпь.

Все это предвидел проницательный Ахитофел. Он знал, что если Давид выиграет хоть немного времени и оправится от внезапного удара, то он восстановит свои силы и соберет армию, которая уничтожит его мятежного сына. Кто обладал таким же военным опытом, как Давид? Какие офицеры и солдаты были более способными, чем его? Однако и им нужно было время, чтобы немного прийти в себя. Им требовалось две вещи: место вдали от столицы, где господствовал Авессалом, и запасы необходимых для жизни средств.

В Манахаиме они нашли и то, и другое. В той области Галаада процветало животноводство. И одного только масла, молока и сыра, которые они нашли там, хватило, чтобы подкрепить силы изможденного войска, ибо народ был «голоден и утомлен, и терпел жажду в пустыне» (2Цар.17:29). Там им принесли «и пшеницы, и ячменя, и муки, и пшена, и бобов, и чечевицы, и жареных зерен, и меду...» (2Цар.17:28-29). Богаты Господни милости. Там они встретили Верзеллия, который был своего рода «снабженцем» на суше. Он даже не знал, сколько у него было добра. Он был готов отдать все, что нужно, Давиду.

Здесь мы сделаем небольшое отступление: когда Давид состарился и приближался к смерти, он дал специальное распоряжение своему преемнику, царю Соломону, отблагодарить семью Верзеллия за благодеяния, которые он получил, когда оказался в Манахаиме.

Принятие совета Ахитофела привело бы к мгновенному и полному поражению армии Давида. Истощенные страхом, тревогой, голодом и жаждой, воины Давида не смогли бы противостоять силам Авессалома. Однако совет Ахитофела оказался невостребованным.

Для Ахитофела та ночь, когда Давид и его люди находились вдали от Иерусалима, была самой критической. «Я пойду в погоню за Давидом в эту ночь», — говорил он (2Цар.17:1). В водовороте этих несчастий, воины Давида при атаке в ночи впали бы в состояние паники и ужаса. Очевидность его поражения была неоспорима.

«Теперь, — размышлял Ахитофел, — когда мое мнение было отвергнуто, игра проиграна. В конце концов, Давид победит. Он не замедлит вернуться в Иерусалим, на свой престол. Меня ждет смерть за то, что я сделал против него. Прежде чем мои враги убьют меня, я лучше убью себя сам».

Поверженный в печаль и тоску, он оседлал своего осла, сел на него и отправился в нагорную Иудею, на свою родину, в город Гило. Он дал последние наставления своим близким, уладил семейные дела, написал завещание и затем положил конец своей жизни.

Самоубийство было совершено через повешение. «И удавился, и умер, и был погребен в гробнице отца своего» (2Цар.17:23). Его смерть прообразует кончину Иуды. Ахитофел предал своего царя Давида, а Иуда предал «Царя из дома Давидова».

Такой светлый ум, такой проницательный разум, такой ценный для Израиля человек... и такой печальный конец! Иногда сильные умы подвергаются даже большему риску, чем обычные люди... «Станем добре, станем со страхом, вонмем...». Таким образом, последние страницы его жизни, к сожалению, оправдали его имя, поскольку Ахитофел означает «брат глупости» (ср. Ахимаас = мой брат против меня, Ахитов = брат добродетели, Ахиноом = сестра радости).

Иногда люди Церкви, священнослужители, которые плодотворно трудятся и прославляют Христа, сталкиваются с жестокими противниками, стремящимися их уничтожить. И часто в темных кулуарах строятся страшные планы. «Мы будем действовать таким-то образом, чтобы уничтожить такого-то священнослужителя и его дело». Совет Ахитофела! Но пусть человек Божий не устрашается этого. Пусть он преклонит колени, поднимет руки к небу и воскликнет из глубины души: «Господи Боже мой! разрушь совет Ахитофела!» (2Цар.15:31). «Сделай так, Господи, чтобы совет Ахитофела не был исполнен!».

И Господь, который не оставляет Своих, устроит так, что коварные планы каждого Ахитофела будут разрушены. 

Из книги: «Прогулки по Священному Писанию»

https://www.entaksis.gr/αχρηστεψε-κυριε-την-συμβουλη-του-αχι/

@Перевод «Трость Скорописца», 2026.

Благодарим всех тех, кто перепечатывает наши материалы и при этом указывает ссылку на данный блог, показывая этим уважение к труду переводчика. И благодарим тех, кто не указывает, а выкладывает как свои собственные. Да благословит всех нас Господь! Слово Божие пусть сеется обильно.