Архимандрит Кирилл (Костопулос): Священство и Конанос

Все мы, православные христиане, должны знать, что священство — это одно из священных Таинств нашей Святой Православной Церкви, посредством которого рукополагаемый во время канонического рукоположения тáинственно наделяется священнической, духовной и пастырской властью для исполнения своих священнических и пастырских обязанностей.

Священство — это непреходящее и вечное служение, дарованное Самим Богом для передачи освящающей благодати верным внутри Православной Церкви и вспомоществования им на пути ко спасению. Священнослужители поставляются на служение Всесвятым Духом, Который управляет Православной Церковью, для продолжения миссии, данной Господом нашим, Богочеловеком Иисусом Христом, святым апостолам.

Тот, кто присоединился к священному клиру через каноническое и действительное рукоположение и через епископа получил благодать священства от Самого Всесвятого Духа, теперь обязан — как он добровольно и по своей свободной воле обещал во время рукоположения — оставаться священником до самой смерти. Следовательно, нет места отказу от священства. Только в случае канонического преступления, которое, согласно священным канонам, препятствует архиерейскому или иерейскому служению, священнослужитель любого ранга — епископ, пресвитер или диакон — низводится путем извержения из сана либо в сословие мирян, либо в сословие монахов (см. Троянос–Пулис, Право, стр. 242).

Исходя из вышесказанного, самовольный уход из рядов высшего или низшего духовенства и добровольный отказ от священства с целью возвращения в ряды мирян являются тяжелейшим каноническим преступлением: добровольным отступничеством от священства (apostasia a clericatu vel ab ordine — отступничество от церковного сана). Этот священнослужитель называется отступником, таковой совершил самоизвержение из сана (Панайотакос, Система церковного права, стр. 240). А всё это потому, что, как объясняет Вальсамон, «к извержению он сам себя приговорил, прежде осуждения сложив с себя священную одежду и соделавшись мирянином» (Вальсамон, Ралли-Потли, т. 2, стр. 233). Другими словами, он сам предпочел быть низложенным, прежде чем его осудил церковный суд, сняв с себя священное иерейское облачение и добровольно став мирянином.

«Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр. 2, 10).

По какой причине мы вновь возвращаемся к случаю с о. Андреем Конаносом? Дело в том, что не только многие из его интернет-последователей, но и он сам попытались представить содеянное им как акт героизма и честности, а не как поступок, о котором необходимо сокрушаться и каяться со слезами.

В 20-минутном видео, выложенном на его канале, он ссылается на сообщение, которое получил от одного из своих друзей в сети, где говорится о том, что подобный поступок является настоящим подвигом и что такое не каждому под силу.

Если это действительно так, как написал поклонник о. Андрея, то почему бы и другим не повторить вслед за ним то же самое?

Может быть, найдутся и другие священнослужители, которым по разным причинам захочется снять с себя рясу и которые тоже будут совершать такие «великие» и «героические» поступки: откажутся от священства, выйдут из клира и отвергнут тот великий дар, который дал им Сам Христос через их правящего архиерея при рукоположении и который они обещали хранить до Второго Пришествия, чтобы возвратить его Праведному Судии неповреждённым и неосквернённым?

Но дело обстоит совершенно по-другому. Мы не будем говорить много слов, но ответим на эти вопросы рассказом из книги архим. Тихона (Шевкунова) «Несвятые святые»[1].

Архимандрит Феодосий (Мартзухос): «Когда поводырь сбивается с дороги...»

«Горе нам, если мы поставим слепого

вести за собой тех, кто сбился с пути»

Κ. Икономос, слово в день памяти

священномученика Григория V

Патриарха Константинопольского

I. Я не имею ни желания, ни намерения преждевременно осуждать иерея Божия, пусть даже и бывшего (я пишу именно «бывшего», поскольку в Православии отсутствует учение о неизгладимости священства).

Для нас, православных, священство не является «неизгладимой печатью» (лат. indelebile signum). Я не стану давать оценку его личным качествам, а рассмотрю его взгляды, которые обычно мы, священники, преподносим как учение Церкви Христовой!..

Работники Виноградника Христова (клирики всех степеней, которых должна поставлять на служение сама Церковь, а не бюрократический закон о государственных служащих № 590/1977) теперь начали забывать о том, что мы являемся всего лишь работниками, а не господами! Служителями, а не Мессией! Мы пророки будущей жизни, наступление которой не находится в нашей власти[1].

Итак, один из наших собратьев самоустраняется и отрекается от Креста Священства Христова. Он сообщает о своем решении публично, в прощальном заявлении об окончании своего священнического служения.

Явно пытаясь описать произошедшее с помощью хорошо известной ему «психологии релаксации», он составляет и отправляет на всеобщее обозрение текст, который читают как воцерковленные, так и невоцерковленные пользователи Интернета. В этом тексте говорится о многом, но ни разу не упоминается имя Того, Кто принял за нас страшную и позорную смерть — был нагим распят на Голгофе, а ведь только Его прободенные руки могут полностью совлечь с нас одеяние лжи, в которое мы сами себя облачаем.

Считаем своим долгом сказать, хоть и в вежливой форме, что мы не согласны с его решением и с тем, как он объясняет свой выбор.

Простое замечание о. Андрею Конаносу от одного простого Владыки

Митрополит Сидирокастрийский Макарий | Romfea.gr

Ваше Высокопреподобие о. Андрей Конанос!

Я обращаюсь к Вам как к священнику, с указанием Вашего церковного звания, несмотря на то, что Вам хотелось бы обратного и Вы поспешили избавиться от надоевшей Вам рясы. Несмотря на все сладкие речи о том, что Вы относитесь к рясе с почтением, в народе в таких случаях говорят, что Вы «швырнули её наземь» и таким образом попрали свой священнический сан.

Хотите Вы этого или нет, но Вы не перестанете быть священником до самой своей смерти.

Таинство священства оставило неизгладимую печать в Вашей душе, и его невозможно будет стереть из Вашей жизни «до Второго Пришествия Христова», когда Вам придется держать ответ перед Правосудным Господом, возвращая Ему тот величайший дар, который Вы с честью и славой получили во время рукоположения во вторую степень священства и должны были преумножить своими делами.

В чём-то, отче, Вы действительно правы: ряса — это настоящие узы. Что касается священства, то его можно по-настоящему осознать и пережить только в своей келлии. В келлии, которая подобна тюрьме, куда мы заключаем себя сами от страстей и соблазнов міра сего. В этом месте молитвы, свидетельства нашей любви к Богу и нашего мученичества.

Именно в этом пространстве нашего добровольного смирения, сокрушения сердца и слезного покаяния, неведомого другим, но не в салонах, залах и холлах; не в самолетах, отелях и всемирно известных ресторанах; не в дорогой и роскошной обстановке, как говорили Вы в своих речах.

Ваше последнее деяние, которое Вы совершили, не убоявшись Бога и не устыдившись людей, и которое Вы не захотели пережить в одиночестве, но выставили всем напоказ, было как гром среди ясного неба и имело такой резонанс, как землетрясение высокой силы по шкале Рихтера.